ГОСПОЖА МИНИСТЕРША

 

МЮЗИКЛ В 2-Х ЧАСТЯХ

По мотивам одноименной пьесы Б. Нушича

 

Музыка Бориса Синкина

Пьеса Леонида Палея

Пьеса легко разводится на актерский состав 7-9 человек. В питерском театре “Домино” 7 исполнителей, когда каждый персонаж, кроме главной исполнительницы, участвует в массовке: горожане, родственники, полицейские, работники типографии и пр. Это придает действию особенную динамику.

 

Существует любой вид сопровождения: Симфонический минус с хором, без хора, партитура и голоса для живого исполнения.

Демонстрационный вариант на DVD 2003год с артистами БДТ.

Пьеса легко разводится на камерный вариант 7 исполнителей.(театр «До-ми, но…»

СПб 2005 год.

 

 

/На площадке ХОР/

ХОР: Вы слышали? Вы слышали?

О чём? Какой позор?

В правительстве скандал!

В казну забрался вор!

Вы видели! Вы видели!

Кого? Её в карете!

С кем? С кем?

Ужас! Ужас!

Да! Да! Да!

С любовником! С любовником!

Призвать её к ответу! Призвать её к ответу!

1 ДАМА: Он был музыкантом...

КАВАЛЕР: Почему вы так решили?

1 ДАМА: Все говорят, что когда он забирался к ней по пожарной лестнице...

КАВАЛЕР: Но блестеть могут и погоны...

2 ДАМА: Из самых достоверных источников... Мне сказала...

3 ДАМА: Неужели офицер? Как это романтично!

1 ДАМА: Весь город только и говорит…

КАВАЛЕР: Но, простите, не более минуты назад вы утверждали, что...

1 ДАМА: Конечно, пожарник!

КАВАЛЕР: Почему?

1 ДАМА: Потому - что пожарная лестница и потом...

КАВАЛЕР: Что потом?..

1 ДАМА: Сажа... на простыне...

КАВАЛЕР: Тогда, может быть, это был негр?

ДАМЫ: Негр... Негр... Негр...

 

ХОР: Вы слышали? Вы слышали?

О чём? Какой кошмар!

Бедняга еле жив!

Его хватил удар!

Вы слышали? Вы слышали?

Премьер в отставку подал!

Как? Как?

Ужас! Ужас!

Из-за неё! Из-за неё!

Она за всё в ответе!

 

/Из хора выныривает пёстро одетый человек. Это – НИНКОВИЧ./

НИНКОВИЧ: Власть нелегко даётся!

С ней трудно расставаться.

А мне легко и просто.

Всем мило улыбаться.

Поклонник дам извечный.

Мила мне та и эта.

Познал я тайны многих.

Познал я тайны многих.

Вуалей и корсетов!

 

Жуть! Кошмар! Она на фото!

Похожа на аккредитив!

Виноват в проделке этой

Фо-то-объ-ек-тив!

 

Хороший тон и мода

Нужны всем, кто из грязи

Прорвался чудом к власти

Иль вдруг назвался князем

Поверьте трудно сделать

Из «ничего» - «конфетку»

Но можно скрыть суть дела

Но можно скрыть суть дела

Красивой этикеткой!

 

Ничего, что неуклюже

Танцует дама вальс-Бостон

Виноват в проделке этой

Подлый патефон

ДАМЫ: Ля! Ля! Ля! Ля!

/Торжественно выезжает карета. Женская рука в перчатке опускает огромную визитную карточку, на которой написано: ГОСПОЖА МИНИСТЕРША./

ГОЛОС: Господин НИНКОВИЧ, так вы…

НИНКОВИЧ: О, моя дорогая, я спешу к вам...

ГОЛОС: А почему вас так долго...

НИНКОВИЧ: Госпожа Драга, я был в командировке, в Марселе...

ГОЛОС: Марсель, Марсель? Это какая-то французская провинция?

НИНКОВИЧ: Любезная госпожа! За границей нет провинций! Там всё – заграница!

ГОЛОС: Так я прикажу никого не принимать сегодня!

НИНКОВИЧ: Я весь к вашим услугам.

/Вскакивает на подножку. Из хора вырывается ЖИВКА./

ЖИВКА: О-о-о!!!

Один бы раз проехаться в карете!

За это отдала б я всё на свете!

Я родилась под жаркою кометой!

А выпала мне жалкая судьба!

Мужья чужие делают карьеру!

И жёны их проносятся в каретах.

Слежу я из окна, как те и эти

Несут по жизни царственно себя!

 

Один бы раз! О! Господи! О, боже!

Один бы раз мне стать на них похожей!

Чтоб с завистью смотрел любой прохожий:

Кто это едет? А это еду – я! Еду – я!

И все мне кланяются низко:

Все от министра до модистки,

И мне равняться, право, не с кем!

Ну, разве только с королём!

 

И вот сидим вдвоём! Мы с королём!

Я всем! Во всём! Судья!

Всё... знаю я!

И каждый выслушать изволь,

Что государство это я!

Что государство это я,

Ну, и немножечко, король!

Совсем, совсем, немножечко король!

О-о-о!

Один бы раз проехаться в карете!

За это отдала бы всё на свете!

Мужья другие делают карьеру,

А мой?!

О-о-о!

/Пока ЖИВКА поёт арию, ХОР который подпевал ей, выносит на площадку реквизит. Обычная мещанская комната. ЖИВКА сидит за столом./

ЖИВКА: Булочнику за две недели. Мяснику вчера отдала, завтра надо будет взять в долг. Портниха? Подождёт. Новое платье у другой закажем. Анка! Анка!

АНКА: Что надо?

ЖИВКА: Готовишь?

АНКА: Нет... Готовлю...

ЖИВКА: Готовь, готовь... Чего стоишь, иди...

АНКА: А что звали? /уходит/

ЖИВКА: Вишь, как разговаривает. А всё потому, что платим не вовремя. Молодые куда-то подевались... Ах, да! Я же их сама к госпоже Драге послала. Ну, в гостях долго не задержат. Проголодаются, прибегут... Ах, Драга, Драга... Занеслась. Бывало, то я у неё в долг, то она забежит чашечку кофе выпить. Как же! Министерша! А ведь говорила я своему, чтобы он не к той, а к этой партии приставал. Нет! Принципы у нас! Вот и пришиваю теперь от жилетки рукава. ... Анка!

АНКА: Что надо-то?

ЖИВКА: Не слышишь, звонят!

АНКА: Слышу! Я и шла открывать!

ЖИВКА: Открывать шла? Ну, иди, иди... Совсем прислуга распустилась.

/Входит САВКА – тётушка ЖИВКИ. Она немного глуховата, особенно когда к ней обращаются с просьбой./

САВКА: Говоришь, постилась?

ЖИВКА: А, тётушка, здравствуй. С жалованием моего мужа каждый день поститься будешь.

САВКА: А ведь жалованье хорошее...

ЖИВКА: Какое там! Да и кто нынче живёт на жалование? Один мой дурак о семье не думает! Политикой увлёкся!

САВКА: Что ты говоришь?

ЖИВКА: Другие тоже политикой увлекаются. Но и себя не забывают. А мой, видишь ли, принципиальный.

САВКА: А жалованье хорошее…

ЖИВКА: Ну, что ты заладила: жалованье, жалованье…

САВКА: Вот я и говорю, хорошее мол, у него жалованье…

ЖИВКА: Сколько раз тебе повторять: кто по нынешним временам на жалование прожить может? Анка!

АНКА: Господи, понимаю, что раз гости пришли – нужно подать кофе!

ЖИВКА: Подавай! Подавай! Тётя САВКА любит послаще… Видишь, тётя, как прислуга разговаривает, а всё потому, что на жалованье живём.

САВКА: Так у тебя и зять, что ли политикой увлёкся?

ЖИВКА: Зять? Где ему! Умный больно: ума палата, а жить негде!

САВКА: Дочку твою, говорят любит.

ЖИВКА: Какая любовь, когда он гроши получает! Вот я тебя тётя и хотела попросить…

САВКА: Что ты говоришь? Живу-то я… Сносно…

/Должен быть убыстрённый диалог, когда музыка, словно наступает на последние слога каждой фразы./

ЖИВКА: Мы уж потом разберёмся по - свойски.

САВКА: Вот и говорю, зашла к тебе в гости…

ЖИВКА: Я уж потом своего заставлю…

САВКА: Надо же, опять принялся за старое…

ЖИВКА: Вот я хотела тебя попросить…

САВКА: Кому сказать? Чего гасить?..

ЖИВКА: Я, тётя отдам и проценты добавлю. Нужно мне, тётя, двести динаров!

САВКА /словно очнувшись/: И не проси! Нет их у меня!

ЖИВКА: А те, которые в банке?

САВКА: Так ведь они в банке.

ЖИВКА: А ты сними!

САВКА: А потом?

ЖИВКА: А потом, как я отдам, положить обратно.

САВКА: Но ведь это уже будут не те деньги, а другие?!

ЖИВКА: Правильно, другие, но с процентами, понимаешь?

САВКА: Проценты я понимаю, а вот где ты их возьмёшь, не понимаю.

ЖИВКА /кричит/:

Что, не понимаешь, что?!

Уж мужа я заставлю, наконец, жить по-людски

Уж я скажу, голубчику, мозгами пораскинь.

Живи, как хочешь, дорогой!

Воруй или проси!

Но всё, что надо в дом - неси!

 

Так живут испокон веков!

Жизнь без денег – кромешный ад!

Все грешны, но мильон грехов

Бог простит тому, кто богат!

Уж мужа я заставлю!

САВКА: Но ты его заставишь

ЖИВКА: Как надо я направлю!

САВКА: Как надо ты направишь!

ЖИВКА: Не я, а он пусть вертится

Как белка в колесе!

Пусть убивает, грабит!

Пусть! Живёт как все!

ЖИВКА: Как насчёт… ?

САВКА: А-а… Ты об этом? А ты уверена, что твой пойдёт…

ЖИВКА: Это уж будь спокойна, тётя, точно так же, как король в том, что принц его сын!..

САВКА: А-а… Ну, тогда. Не хотела я трогать эти деньги, но что поделаешь…

ЖИВКА: Вот спасибо, тётя! Уж так выручишь!

САВКА: Значит, занести вечером?

ЖИВКА: И вообще приходи, тётя, как к себе домой, когда захочешь.

САВКА: Так ведь у меня на книжке всего шестьсот динаров.

ЖИВКА: Заходи, тётя, всегда заходи!

ХОР: Завтра новый начнётся день,

Что принесёт он?

Знает только лишь судьба,

Знает обо всём:

Как судьба повернётся к нам

Лицом или боком?

Новый день покажет нам

Если доживём!

 

Не судьба, не удалось сделать вам карьеру.

Не судьба, и вы в себя потеряли веру.

Не судьба, от вас жена вдруг ушла к другому.

Жизнь насмарку, пустота и в душе, и в доме.

 

/На площадке ДАРА и ЧЕДА/.

ДАРА /на фоне звучащей музыки/: Почему ты так на меня смотришь?

ЧЕДА: Боюсь.

ДАРА: Чего?

ЧЕДА: Что ты станешь, похожа на свою маму.

ДАРА: Что она тебе сделала плохого?

ЧЕДА: Ещё не успела, впрочем…

ДАРА: Что, впрочем?

ЧЕДА: Родила тебя.

ДАРА: Ну, спасибо.

ЧЕДА: Причём здесь я? Это ей спасибо!

ДАРА: И что же нам делать?

ЧЕДА: Ты когда выходила замуж, что сказала?

ДАРА: А что я сказала?

ЧЕДА: Ты положила мне на голову руку и…

ДАРА: И сказала: вот оно моё приданное…

ЧЕДА: Почему же твоим приданным должен распоряжаться кто-то другой?

ДАРА: Но ведь мама желает нам счастья.

ЧЕДА: Таким, каким она его себе представляет.

ДАРА: А разве счастье у всех разное7

ЧЕДА: Не знаю. Но у нас оно должно быть – нашим.

ДАРА: Чеда… А ты меня не разлюбил?

ЧЕДА: Ну, скажи, с тобой можно говорить серьёзно?

ДАРА: Да? Нет? Да? Только быстро!

ЧЕДА: Нет!

ДАРА: Нет – да? Или да – нет?!

ЧЕДА: Я тебя люблю…

Не верю я, не верю, и верить не хочу,

Что не прильнёшь отныне ты к моему плечу.

ВМЕСТЕ: Мы сбережём навеки волшебный дар богов.

Не знает наше счастье ни дна, ни берегов.

ДАРА: И что бы не случилось, я верю в справедливость.

ЧЕДА: Сильней всего на свете лишь ты одна – любовь!

ДАРА: Что мне судьбы немилость, лишь только б сердце билось

Тобой, моя любовь!

ВМЕСТЕ: Тобой, моя любовь!

ДАРА: Снова твой голос слышу, мой любимый, или это сон?

Спасибо, спасибо тебе за всё родной!

Спасибо, за то, что ты всегда со мной!

ВМЕСТЕ: С тобою всё вокруг прекрасно!

Прекрасен даже день ненастный

Прекрасны эта ночь и звёзды.

Так прекрасны!

Так прекрасны!

Как может новый день рождаться?

Как можно звёздам удивляться?

Как можно жизнью наслаждаться?

Без тебя?

ЧЕДА: Я превращу в цветущий май, злые холода

Пусть даже не приснится тебе во сне беда.

Укрою, обогрею, спасу, преодолею…

Не знаю, что б не сделал я

Для любви моей!

Лишь будь всегда со мною,

Лишь будь всегда со мною!

И говори мне эти заветные слова:

Люблю, люблю тебя!

 

/Хор вновь открывает комнату ЖИВКИ/.

ЧЕДА: Вот и мы. С чем ушли, с тем и пришли.

ЖИВКА: Удивил. Я и не мечтала, что по дороге ты выиграешь в лотерею.

ДАРА: И знаешь, мама…

ЖИВКА: Твоя мама знает всё!

ЧЕДА: И знаете, мама, мы больше не станем слушаться ваших советов.

ДАРА: В конце концов, мы унижаем отца тем, что ходим по министерским домам, где нас ещё и НЕ принимают.

ЖИВКА: Отца? При чём тут отец? Может, Драги не было дома?

ДАРА: Как же, прислуга десять минут шепталась, а потом с заднего крыльца подали карету.

ЖИВКА: Карету! А ведь я… спрашивала куму Драгу: можно моей дочке придти? И она ответила: А как же, я её со дня свадьбы не видела. Занеслась Драга, занеслась. А может, что-нибудь с правительством случилось?

ЧЕДА: Предположим. А она здесь причём?..

Живка: Не говори. Я знаю, мне госпожа Ната рассказывала: кризис, говорит, мой муж – министр – как ни в чём не бывало, спокоен, убей его бог, будто кризиса и нет. Я, говорит, лучше готова воспаление лёгких перенести, чем правительственный кризис. Слушай, зять, а не вступить ли тебе в противоположную партию?

ЧЕДА: Это ещё зачем?

ЖИВКА: А затем, что левая выигрывает – отец у власти, правая выигрывает – ты у власти. А то, глядишь, и газету потом купишь, а?

ЧЕДА: Нет уж, дорогая мамочка, дайте мне остаться честным человеком.

ЖИВКА: А в чём она, твоя честность? В том, что сам в долгах, а моя дочь лишнего платья сшить себе не может?!

ЧЕДА: Вы меня в долгах не упрекайте – они не от разгульной жизни!

ЖИВКА: Ну, да! От честности! Левая партия у власти – ты её ругаешь. Правая – ты в своих статейках на неё нападаешь. Всё выбрать не можешь!

ЧЕДА: Почему же, я выбрал!

ЖИВКА: Интересно, что?

ЧЕДА: Совесть. Есть такое понятие, дорогая матушка…

ЖИВКА: А те, кто составляют кабинет министров, те, значит, без совести?

ЧЕДА: Большинство.

ЖИВКА: Ну, объясни, а мы с твоей женой послушаем.

ЧЕДА: Очень просто: лозунг левой партии, когда она у власти – оттопыривать свой левый карман, а у правой, соответственно, правый, когда она у власти. Обе обманывают и народ, и Короля, а король, в свою очередь, черпает денежки то из одной, то из другой кассы. Вот и вся политика.

ЖИВКА: Знаешь, кого ты мне сейчас напоминаешь, любезный зятёк? Мыслителя!

ЧЕДА: Ну что ж, дай мне бог.

ЖИВКА: Показывали мне французскую картинку, на ней голый мужик, обхватив голову руками, сидит. Это скульптура Гогена.

ЧЕДА: Родена, дорогая мама.

ЖИВКА: Это всё равно кого. А я хотела сказать: будешь так думать, всю жизнь будешь голым сидеть.

Некое подобие рэпа на фоне тревожной музыки.

ЧЕДА: Честность, матушка, всегда щеголяла босиком.

ЖИВКА: Да опомнись! Лицом к жизни повернусь!

ЧЕДА: Я взял Дару у вас не силком, не тайком!

ЖИВКА: Если хочешь с нею жить, угомонись!

ЧЕДА: Но у честности всегда преимущество одно.

ЖИВКА: Например, ни есть, ни пить, и жену не кормить.

ЧЕДА: Рано или поздно – честность смогут наградить.

ЖИВКА: После смерти… Когда-нибудь… Потом…

ДАРА: Господи! Прекратите ругаться. К нам пришли!

/У дверей возникает человек. Это писарь ПЕРА. Он весь состоит из улыбки/.

ПЕРА: Извините, я стучал!

ДАРА: Пожалуйста, просим.

ПЕРА: Господин дома?

ЖИВКА: Нет.

ПЕРА: Его и в канцелярии нет.

ЧЕДА: Простите, а кто вы?

ПЕРА: Пера – Писарь… Я хотел сообщить господину Поповичу, что кабинет подал в отставку. Хотел, знаете, первым сообщить об этом.

ЧЕДА: А это уже известно.

ПЕРА: Возможно, господин Попович знает, - раз не пришёл в канцелярию.

ЖИВКА: Совсем не приходил?

ПЕРА: Утром пришёл и ушёл, когда услышал, что правительство подало в отставку.

ДАРА: Тогда, значит, он знает.

ПЕРА: Наверняка знает. Но только я хотел ему первым сообщить об этом… А может он не знает, что наши приглашены составить новый кабинет.

ЖИВКА: Наши!?!

ПЕРА: Да, наши. Я хотел ему об этом первым сообщить.

ДАРА: А вы считаете, что наши…

ПЕРА: Господин Стефанович уже отправился во дворец.

ЖИВКА: Стефанович?

ПЕРА: Я видел его своими глазами.

ЖИВКА: О, мой Бог! Вы сами видели?!

ПЕРА: Сам! Лично!

ЖИВКА: И он именно во дворец отправился?

ПЕРА: Да, именно.

ДАРА: Большое вам спасибо, господин…

ЖИВКА: Господин?..

ПЕРА: Пера-писарь. Я сейчас пойду на Теразию, погуляю там. С народом пообщаюсь. Как что замечу, сразу прибегу, только прошу вас, как придёт господин Попович, скажите ему, что я первый…

ДАРА: Обязательно скажем…

ПЕРА: Значит я пойду? С народом пообщаюсь…

ЖИВКА: Ах, да, господин…

ПЕРА: Пера-писарь…

ЖИВКА: Вы же, господин Пера, не только под каштанами будете с народом общаться… Зятенька, дай несколько динаров!

ЧЕДА /протягивая деньги/: Пожалуйста, господин писарь.

ПЕРА: Благодарю вас.

Меняются правительства.

Одно другим сменяется,

Но остаются бочки и вино.

И винных бочек витязи

Отнюдь судьбой не маются,

Пока вино с судьбою заодно.

ДАРА и ЧЕДА:

Политик мыслит с утра о народе

И ему даже рюмка вредна.

ПЕРА: А я выпил с утра и свободен,

Свободен на все времена.

А кто-то любит женщину,

И верит её верности,

И молится на темное окно.

Неверность её жуткая

Давно известна вечности,

Но не изменит никогда – вино!..

ЧЕДА /вслед/: Господин писарь задолго до того, как французы придумали свой трёхцветный флаг – уже имел трёхцветный нос.

ЖИВКА: Чеда?!

ЧЕДА: Да, мама!

ЖИВКА: Почему ты стоишь?

ЧЕДА: А что я должен делать?

ЖИВКА: Ну и зятька бог послал! Бежать ты должен!

ЧЕДА: Куда?

ЖИВКА: Туда!

ЧЕДА: Зачем?

ЖИВКА: Затем, чтобы узнать, что происходит.

ЧЕДА: А вам-то какая разница?

ЖИВКА: Ты слышал, что писарь сказал: наши!

ЧЕДА: Для него все, кто к власти приходят «наши»!

ЖИВКА: Но у тебя-то тесть единственный! Беги на Теразию! Мыслитель!

/ЧЕДА, пожав плечами, уходит/.

ЖИВКА: Анка!

АНКА: Что угодно, барыня?!

ЖИВКА: И ты беги!..

/ЖИВКА в изнеможении спускается в кресло. Сидит спиной к залу. АНКА врывается в ХОР. Здесь же мы видим и господина ПЕРА, который со стаканом вина посматривает на происходящее. ХОР нервничает/.

ХОР: Вы слышали? Вы слышали?

О чём? Какой кошмар!

Все подали в отставку!

В парламенте пожар!

Вы слышали? Вы слышали?

Король отставку принял!

Как так? Как так?

Ужас! Ужас!

Да! ДА!

Не может быть! Не может быть!

Призвать его к ответу! Призвать его к ответу!

1 ДАМА: Говорят, опять меняют кабинет…

КАВАЛЕР: Может быть, господа министры, просто меняются кабинетами.

2 ДАМА: Откуда вы это взяли?

3 ДАМА: Очень просто. В городе пропали спички и соль…

1 ДАМА: Говорят о портфеле…

КАВАЛЕР: Министра без портфеля… Обнаружены…

2 ДАМА: Да ну?!

1 ДАМА: Ну, что ж, у них был лёгкий флирт…

КАВАЛЕР: Угу… С тяжёлыми последствиями…

ПЕРА /вырываясь из хора/:Госпожа, барин велел принести цилиндр!

ЖИВКА: Вам сам барин приказал принести цилиндр?!

ПЕРА: Да, цилиндра!

ЖИВКА: А где он?!

ПЕРА: Цилиндра?

ЖИВКА: Нет, барин!

ПЕРА: В министерстве!

ЖИВКА: А он не сказал, зачем ему цилиндра?!

ПЕРА: Нет, он просто сказал: принеси Пера-писарь, цилиндр, это я – Пера-писарь, цилиндр!

ЖИВКА: Цилиндр, цилиндр – ищите цилиндр!

ПЕРА: Цените момент!

ЖИВКА: Анка!

АНКА /из ХОРА/: Слушаю, госпожа!

ЖИВКА: Где цилиндр?

ПЕРА: Цилиндр, цилиндр, - ищите цилиндр!

ЖИВКА: О, бог мой, скорей!

ДАРА: А вы давно в министерстве?

ПЕРА: Всегда!

ЖИВКА: И многих вам пришлось провожать?!

ПЕРА: Встречать тоже!

ДАРА: Так вы, наверное, знаете, в чём дело?

ПЕРА: Конечно!

ЖИВКА: Дара! Ищи цилиндр!

ПЕРА: Цилиндр, цилиндр, - ищите цилиндр!

ЖИВКА: О, дьявол, скорей!

ПЕРА: Я-то вообще ещё три дня назад знал, что этому кабинету… хана!

ЖИВКА: Да?!

ПЕРА: Да… Хотя и не читаю газет. Когда вижу, что министр то и дело кличет казначея, а в корзине под столом у него груда рваной бумаги, знаю, - этот готовится.

ЖИВКА: Ну… а когда… посылают за цилиндром?..

ПЕРА: Это когда зовут во дворец!

С непокрытой головой во дворец нет хода.

Без короны и… король, вроде, не король.

Есть цилиндр на голове – значит, в дело годен,

Ну, а коль цилиндра нет - погодить изволь.

Если пусто в голове – это не беда.

Если просто в голове солома:

Это тоже ерунда, … знаю точно, ерунда!

Главное! Цилиндр был бы дома!

ЖИВКА: Цилиндр, цилиндр, - ищите цилиндр! Не дом, а бедлам…

ДАРА: Значит, без цилиндра?..

ПЕРА: Конечно, бывает и так: принесу я цилиндр, а он посмотрит на него, как корова на мёртвого телёнка и скажет: «Поздно, неси обратно».

ЖИВКА: Неужели так бывает Да где же, наконец, цилиндр?

ДАРА: Вот он, мамочка!

ЖИВКА: Где он был?

ДАРА: У тебя в спальне. Ты на него шерсть намотала.

ЖИВКА: Ну, так размотай его живее. Несите, господин Пера, несите!

ПЕРА: Слушаю, госпожа!

С непокрытой головой во дворец нет хода,

Без короны и… король, вроде, не король.

Есть цилиндра на голове – значит в дело годен,

Ну, а коль цилиндра нет- погодить изволь.

ЖИВКА: Цилиндр, цилиндр, - несите цилиндр! Иначе, беда!

ПЕРА: Если пусто в голове – это не беда.

Если просто в голове солома:

Это тоже ерунда, это - просто ерунда!

Главное! Цилиндр был бы дома!

ХОР: Цилиндр, цилиндр! Ищите цилиндр – цените момент!

Цилиндр, цилиндр! Ищите цилиндр!

О, бог мой! Скорей!

Цилиндр, цилиндр! Ищите цилиндр!

О, дьявол! Скорей!

Цилиндр, цилиндр! Ищите цилиндр!

Не дом, а бедлам!

Цилиндр, цилиндр! Ищите цилиндр!

Иначе, беда!

ЖИВКА: Знаешь ли ты, что означает, когда посылают за цилиндром?

ДАРА: Не знаю, мама.

ЖИВКА: Его зовут во дворец!

ДАРА: Отца? Зачем?

ЖИВКА: Боже мой, почему никто из детей не уродился в меня. Все дураки в отца.

ДАРА: Неужели ты думаешь?

ЖИВКА: Что я думаю, скажи быстрее, что я думаю?

ДАРА: Ведь не думаешь ты, что отец станет министром?

ЖИВКА: Страшно подумать, но думаю. Во-первых прислал… за цилиндром, во-вторых, я оба больших пальца зажала. До крови зажала. Но я делаю для своего мужа всё, что могу!

ДАРА: О, мама… если бы это случилось, мы могли бы с Чедой жить независимо.

ЖИВКА: Главная забота о Чеде! Если бы ты меня слушала…

ДАРА: В чём?

ЖИВКА: Представь себе, что отец станет министром. И ты бы не вышла за этого… мыслителя замуж… Как бы хорошо ты могла выйти будучи дочкой министерши!

ДАРА: Мама, как тебе не стыдно?

ЖИВКА: Да нет, я только так говорю… как бы не сглазить…

ДАРА: Мама, я ни в чём не нуждаюсь. И потом я люблю его, а он меня…

ЖИВКА: Из вашей любви дома не построишь.

ДАРА: Мне он хорош, как есть.

ЖИВКА: Конечно, он у тебя всегда прав. Он у тебя – гений. Гений, а где - деньги!

ДАРА: Мама, перестаньте, пожалуйста. Лучше ответьте господину Пера.

/Снова ХОР и ТАНЦОВЩИКИ приходят в движение/.

ПЕРА: Кажется…

ЖИВКА: Что, кажется?..

ПЕРА: Но, простите, я…

ЖИВКА: Вы меня простите…

ПЕРА: Кажется, что да…

ЖИВКА: Пера, вам не кажется?..

ПЕРА: Кажется, что да?..

ЖИВКА: О, какая новость! Как вас наградить?

ПЕРА: Помните, я первым пришел предупредить!

ЖИВКА: Дара!

ДАРА: Что, мама?

ЖИВКА: Одевайся! Пойдём на Теразию!

ДАРА: Нет, мама – это не годится.

ЖИВКА: Правильно, дочка! Не годится! Ведь если он уже министр, тогда нет смысла ходить пешком. Но я буквально не могу удержаться. И куда пропал Чеда: засел где-нибудь и строчит свои статейки. О, если бы я могла стать мухой и полететь во дворец и услышать собственными ушами, как король говорит Симе: «Господин Сима, я позвал, чтобы предложить вам портфель министра!»… А мой-то пентюх… вместо того, чтобы поблагодарить, наверняка, начнёт икать… убей его бог, дурака!

ДАРА: Зачем так о папе, мама!

ЖИВКА: Ах, дочка!.. Ни о чём другом не беспокоюсь, лишь бы вытащить Драгу из казённого экипажа. Прилипла она к экипажу, как банный лист и думает, никто не отлепит Нет, милая, после обеда мы начнём ездить в карете!

Эх!..

 

То орлом, то решкой падает монета:

Жгите меня, режьте, я хочу карету!

Вспомню я усмешки вслед моей походке.

Станут волки злые, как овечки кротки!

Власть, говорят, от бога, не верьте никому!

Дайте мне точку опоры! Я мир – переверну!

Катится карета – без меня покуда!

Но по всем приметам – я в… карете буду!

Сделаю, как надо! По мечтам расставлю!

По моей команде – жить народ заставлю!

ДАРА: Мама, подождите, раньше нужно, чтобы отец попал в кабинет.

ЖИВКА: В конце концов, за госпожу Драгу… не так стыдно, её отец был чиновником. А вот госпожа Ната, все знают, как она вела себя до того, чтобы стать министершей… её мать сдавала комнаты одиноким мужчинам, а она оправляла им постели…

ДАРА: Мама, не надо так говорить, ведь ты тоже можешь стать министершей!

ЖИВКА: Естественно могу! Но между мной и Натой есть какая-то разница, иначе бы твой отец не взял меня, ведь он тогда уже был чиновником.

ДАРА: Да! Но говорят, он должен был на тебе жениться.

ЖИВКА: Это, конечно, тебе твой муж сказал. Где карты?

ДАРА: Вот они.

ЖИВКА: Раскинем колоду, разложим пасьянс,

Судьбе ли в угоду – возвысить вдруг нас.

Ведь даже шестёрка… бывает козырь,

И как ни жестоко, пасует король!

Вот туз рядом с дамой. Вот дама с валетом!

А вот он… тот самый, который… при этом…

ДАРА: Мама, а себя ты зачем покрываешь?

ЖИВКА: Чтобы узнать, буду ли я министершей?

ДАРА: Мама, покрой карту отца, ведь главное, чтобы он стал министром. Но что там?..

ХОР: Кажется… кажется… Путь лежит сюда!

ЖИВКА: Один бы раз проехаться в карете!

За это отдала бы всё на свете!

Я рождена под жаркою кометой,

А выпала мне жалкая судьба!

ХОР: Кажется… кажется… народ начинает кланяться.

Кажется… кажется… люди идут сюда…

Кажется… кажется… Колёса кареты крутятся.

ЖИВКА: В какую сторону крутятся!

ХОР: Кажется… кажется… выпала вам судьба!

ЖИВКА: Боже мой, дочка, ведь и по картам!..

/ХОР и БАЛЕТ приходят в движение. Начинается сумятица, из которой один за другим выбираются по мере их нужности наши герои/.

ЖИВКА: Говори!

ЧЕДА: Теперь мне вообще жизни не будет!

ЖИВКА: Да говори же, будь ты проклят!

ЧЕДА: Да!

ЖИВКА: Что, да??!

ЧЕДА: Стал…

ЖИВКА: Кто стал?

ЧЕДА: Тесть стал.

ЖИВКА: Дети, поддержите меня!

ДАРА: Что теперь будет?

ЧЕДА: Сумасшедший дом.

ДАРА: Может быть, поможет отец?

ЧЕДА: И у нас будет свой дом?

ЖИВКА: При чём здесь отец? Может быть, ещё кого-нибудь надо спросить?

ЧЕДА: Не короля же?

ЖИВКА: Меня!

ЧЕДА: А причём здесь вы?

ЖИВКА: А-а-а! Ты ещё спрашиваешь? Мыслитель! Я! Госпожа! Министерша! Я! /внезапно смеётся/ Убей меня бог, не верю! Дара, скажи ты мне!

ДАРА: Что сказать?

ЖИВКА: Назови меня так, как теперь все обязаны звать!

ДАРА: Госпожа министерша...

ЖИВКА: И ты скажи, Чеда!

ЧЕДА: Лучше вы мне скажите: зять господина министра!

ЖИВКА: Что? Зять – это пустяки! И, кроме того, это, по правде говоря, тебе не очень подходит.

ЧЕДА: Ну, дорогая мама. Даже министры таким тоном не разговаривают.

ЖИВКА: При чём здесь министры? Министерша – это всё!

ДАРА: Не ссорьтесь! Вы – в доме министра!

/ХОР и БАЛЕТ вновь приходят в движение. Мы видим, как танцовщики в белых цилиндрах, один за другим по мере продвижения господина ПЕРА, который держит перед собой и чуть на отлёте чёрный цилиндр, пронося его мимо белых. Белые по мере того, как ПЕРА проходит мимо них, снимают свои цилиндры/.

ЖИВКА: Ярче блеск, шикарней всё, чем у других!

ХОР: В доме министра.

ЖИВКА: Чудеса, но только лучшие из них!

ХОР: В доме министра!

ЖИВКА: Быть должно всё и это и то!

Больше! И тогда:

Вмиг поймут все и вся – кто есть кто!

Раз и навсегда!

ХОР: Грандиозность во всём – и никогда

ЖИВКА: В доме министра!

ХОР: Не поселятся печаль и беда!

ЖИВКА: В доме министра!

ХОР: В доме! В доме!

ЖИВКА: Министра!

ХОР: Вас не бросит неожиданно в дрожь!

ЖИВКА: В доме министра!

ХОР: Слово дерзкое коварство и ложь!

ЖИВКА: В доме министра!

ХОР: Слова «нет» вам не скажут в ответ!

ЖИВКА: В этом доме!

ХОР: Собирается весь высший свет!

В этом доме!

ЖИВКА: Всё будет так, как я хочу и в доме, и в стране!

Я министерша!

Я! Я! Я! Дорогу мне!

ПЕРА /обращаясь к цилиндру/: Простите, я пришёл проводить... Пришёл сообщить, что вы стали Министром!

ХОР: Знаю, господин Пера, знаю!

ПЕРА: Я знаю, что вы знаете, но я хотел вам сообщить первым...

ХОР: Спасибо! Спасибо!

/ХОР замирает. ПЕРА становится во фронт и протягивает ЖИВКЕ цилиндр/.

ПЕРА: Господин министр.

ЖИВКА /берёт цилиндр, высоко поднимает его над головой и ставит на возвышение/: Министр мой, умница моя, я всегда знала!! Я всегда верила! Кто, крометебя! /круто разворачивается/. Господин Пера!

ПЕРА: Слушаю, госпожа министерша.

ЖИВКА: Вы пойдёте в министерство?

ПЕРА: Как прикажет госпожа!

ЖИВКА: Распорядитесь подать министерский экипаж!

ЧЕДА: Зачем он вам?

ЖИВКА: А тебе, зятёк, слово не давали... Карету мне...

Карету мне, ... карету мне, карету!

По-своему заставлю кукарекать!

Карету мне, карету мне, карету!

С моим лицом чеканить все монеты!

Карету мне! Ка-ре-ту...

ХОР: Кто это едет?

ЖИВКА: А это еду – я! И все мне кланяются низко, от короля и до модистки, низко!

ХОР: Кто это едет?

ЖИВКА: А это еду – я!

 

 

 

 

 

 

 

 

/На площадке огромная карета. Стенка её, обращённая к зрителю, откинута. Телефонный аппарат. Чеда заканчивает разговор/.

ЧЕДА: Её нет дома... Увы, не знаю... Приёмные дни? По средам. Тогда другое дело... Раз вы приглашены. Как ваше имя? Доктор Нинкович! Хорошо. Я передам, а вы приходите.

/Входит ПЕРА/.

ПЕРА: Господин Чеда, вот визитные карточки.

ЧЕДА: За них уплачено, господин Пера.

ПЕРА: Естественно... Из казны...

ЧЕДА: А министр об этом знает?

ПЕРА: Естественно, нет.

ЧЕДА: И сколько их здесь?

ПЕРА: Шесть тысяч, господин Чеда.

ЧЕДА: Шесть тысяч? Это же целый газетный номер можно выпустить!

ПЕРА: Госпожа министерша столько велела.

ЧЕДА: Хорошо. Спасибо. Оставьте их. /Подаёт ему деньги/.

ПЕРА: Благодарю вас. Передайте, пожалуйста, что это принёс я.

ЧЕДА: Передам.

/Вынимает карточку и долго разглядывает её. Смеётся/.

Я не смеюсь, мне больно, ибо то и дело:

Возникает чья-то глупость и ей нет предела.

Происходят перемены в мире бесконечно.

Только глупость неизменная – ей нельзя перечить.

Глупость ставит нам капканы, ловит нас на слове.

Глупость управляет нами, глушит нашу совесть.

Происходят перемены в мире бесконечно.

Только глупость неизменна! Ей нельзя перечить?!

День ото дня печальней! Всюду то и дело

Возникает чья-то глупость! И ей нет предела!

ДАРА /входя/: Что с тобой?

ЧЕДА: Ничего – это я от зависти запел. Прочти, пожалуйста.

ДАРА: Живанна Попкович – министерша. Ну и что?

ЧЕДА: Ничего. Просто нет такой должности – министерша. И за карточки из казны заплачено.

ДАРА: Она теперь вообще никого слушать не хочет. Видишь, написала – Живанна.

ЧЕДА: Да... Просто Живкой она теперь жить не может...

ДАРА: Чеда, не забывай, что она моя мать.

ЧЕДА: Я, как ты знаешь, всегда боялся, что ты окажешься её настоящей дочерью.

ДАРА: Зачем ты так... Нам ведь действительно некуда деваться!

ЧЕДА: Поехали в мой город. Там меня ждёт место редактора и казённая квартира. Пойми, нельзя любить наполовину.

ДАРА: Я почему-то всё время боюсь... Мне кажется, теперь поздно...

ЧЕДА: Лучше поздно, чем никогда!

ДАРА: А ты говорил с отцом?

ЧЕДА: Не намерен, он тоже начинал в провинции, и потом, что он может, если не знает, что за его спиной уже запустили руку в казну.

ДАРА: Господи, что же делать?

ЖИВКА /входя/: Я знаю, что делать, дочка. Слушаться мать.

ЧЕДА: У вашей дочери, кстати, есть ещё и муж.

ЖИВКА: Совсем некстати... Муж – это человек, дорогой зятёк, у которого есть кое-что за душой, кроме мыслей.

ДАРА: Мама, перестань. Тебе принесли карточки...

ЧЕДА: И звонил господин Нинкович.

ДАРА: Да, а где ты была целый день?

ЖИВКА: По министерским делам: я заказала двенадцать своих кабинетных фотографий и одну большую для витрины. А что, во мне не заметно никаких изменений?

ЧЕДА: Увы... Дорогая мамочка...

ЖИВКА: А когда я улыбаюсь?

ДАРА: Золотой зуб? Но у тебя никогда не болели зубы!

ЧЕДА: Глупенькая, какая же министерша без золотого зуба?!

ЖИВКА: Да! У госпожи Драги есть, у Наты есть...

ЧЕДА: Тогда надо поставить ещё один...

ЖИВКА: Как это? Зачем?

ЧЕДА: Чтобы было на один больше, ... чем у них.

ДАРА: Чеда, прошу тебя, не умничай!

ЧЕДА: Если бы я умничал, у нас давно была бы и квартира, и карета!

ЖИВКА: Кареты у тебя не будет никогда!

ЧЕДА: Похоже, что... так.

ЖИВКА: Дара, детка, выйди на минутку, нам нужно поговорить!

ЧЕДА: Итак, я слушаю, что скажете мне вы?

ЖИВКА: Должна тебе сказать, что я устала!

Учу тебя, учу, а толку мало!

Я нового найду для дочки мужа!

И в доме моём ты теперь не нужен!

ЧЕДА: Глупость стыда не знает,

Мёртвой хваткой душит!

За тобой бродит тенью,

Мрачной тенью,

Злою тенью - губит твою душу!

 

Что ж, извольте – это даже к лучшему!

Надоело ваше хамство терпеть.

Только знайте, никому на свете

Разлучить меня и Дару не суметь!

ЖИВКА: Я сказала – значит так и будет!

Или ты забыл, кто говорит с тобой?

Наша дочь отныне, дочь министра!

Счастье ей добуду –

Я –

Любой ценой!

ЧЕДА: Поверьте, мне министром стать не сложно!

Не трудно лгать, ловчить и взятки брать!

Но убедить вас, вижу, невозможно!

Придётся мне и впрямь,

Министром стать!

ЖИВКА: Ах!

Как меня вы сильно напугали!

Подумать страшно – Чеда наш –

Министр!

Чтоб больше я тебя здесь не видала!

И помни, гнев мой на расправу быстр!

ЧЕДА /кричит/: Я стану чёртом, дьяволом, и даже министром!

ЖИВКА: Вот и договорились, когда станешь – вернёшься. А на сегодня я её сосватала.

ЧЕДА: При живом муже?

ЖИВКА: А вот так!

ЧЕДА: Позвольте полюбопытствовать, кто будет моим заместителем?

ЖИВКА: Почётный консул Никарагуа, господин Риста. Дипломат.

ЧЕДА: Дипломат? Он торговец кожами и, кроме того, полный дурак.

ЖИВКА: Ограниченный, но годный...

ЧЕДА: Да, мамочка, такого чудовища, как вы, трудно представить даже при моём поэтическом воображении...

/Уходит/.

ЖИВКА: Чудовище! Испугал! Да я на тебя в суд подам! Вон госпожа Драга только за слово «старая» в суд подала и выиграла. Правда, второе слово не обсуждалось... Чудовище! Ишь ты... Ох, я и забыла, что сегодня мой приёмный день... Анка!.. Зови, кто там есть!

/ХОР – сейчас – это родственники Живки. Ведёт их тётя САВКА. Чуть поодаль, в ритме ХОРА, движется и господин НИНКОВИЧ/.

САВКА: Порой не только деньги

Счастье нам приносят.

А что такое счастье?

Ответьте, если спросят:

Такую, как Живанна племянницу имейте

И наслаждайтесь властью, и упивайтесь властью,

И над врагами смейтесь!

ХОР: Если плохо лежит, значит нам принадлежит!

САВКА: Власть нелегко даётся,

С ней трудно расставаться

Не ссорьтесь, люди, с властью,

Она умеет драться!

Не надо спорить с властью,

А требовать тем паче!

Просите

Низко

Кланяясь

У власти

Подаянья!

Вот

Верный путь к удаче!

ХОР: Всё, что плохо лежит –

Только нам принадлежит!

 

САВКА: Родственникам госпожи министерши, кланяться не как родственникам в доме Родственницы, а как просителям, за это уж я постараюсь, чтобы все ваши просьбы были выполнены! Понятно?

ХОР: Понятно, тётя, госпожа Савка!

САВКА: Все отдали мне деньги за то, что я по-родственному устроила приём.

ХОР: Все! Тётя, госпожа Савка!

САВКА: Ведь это я помогла нашей Живанне, когда она не была ещё министершей. Я ей одолжила целых двести динаров. Я, правда, не успела их снять с книжки, но хотела!.. Хотеть – это важней, чем сделать…

ХОР: Конечно, тётя, госпожа Савка!

/ХОР, возглавляемый Савкой, низко кланяется Живке, стоящей у небольшой колонны, на которую водружен цилиндр/.

САВКА: Вот, дорогая племянница – министерша – наши родственники. Пришли с поздравлениями и просьбами.

ЖИВКА: Скажи, тётя, а они мне были родственниками до того, как я стала министершей?

ХОР: Были, конечно, были! Были! Были!

Помнили днём и ночью!

Кто ж тебя помнил более! Более! Более!.. Более нашего!

САВКА: Они были! Были! Но когда тебе было трудно, стеснялись помогать!

ЖИВКА: Хорошо, а что им надо?

САВКА и ХОР: Пустяки, госпожа министерша!

/САВКА вынимает длинный список и ХОР растягивает его/.

1: Прикажи, тётя Живка, чтобы мне дали пенсию.

ЖИВКА: Подожди, но ведь ты всю жизнь в тюрьмах сидел?

1: Ну и что? Сидел! А ты думаешь, там мне было легко?

ЖИВКА: Я подумаю!

2: Меня зовут Калинкович. Я не ваш родственник.

ЖИВКА: Тогда зачем вы пришли?

2: Чтобы вы назначили меня вашим родственником, госпожа министерша!

ЖИВКА: А зачем вам быть моим родственником, если вы не мой родственник?!

2: А вы назначьте меня вашим родственником, и я им стану.

ЖИВКА: А по какой линии?

2: Лучше по женской.

ЖИВКА: Тётя Савка, у нас есть вакансии?

САВКА: Нет у нас вакансий.

КАЛИНКОВИЧ: Ничего, я подожду!

ЖЕНЩИНА: Прикажи, тётя Живка, чтоб мою дочь считали девушкой!

ЖИВКА: Постой, твоя дочь недавно родила?!

ЖЕНЩИНА: Ну и что, а ты прикажи, чтобы считали. Она не виновата.

ЖИВКА: А кто виноват?

ЖЕНЩИНА: Тут, понимаешь, произошло недоразумение.

ЖИВКА: Какое?

ЖЕНЩИНА: Моя дочь выясняла отношения с одним молодым человеком, и пока она их выясняла… Она родила. Так что не её вина!

КАЛИНКОВИЧ: Вот я и пригодился, госпожа министерша, если вы прикажете дочь этой почтенной дамы считать девушкой – я на ней женюсь!

ЖИВКА: Разве вы не женаты?

КАЛИНКОВИЧ: Женат!

ЖИВКА: А куда вы денете жену?

КАЛИНКОВИЧ: Разведусь!

ЖИВКА: Но для этого нужна причина.

КАЛИНКОВИЧ: Она есть.

ЖИВКА: Какая?

КАЛИНКОВИЧ: Моя жена была до свадьбы с мужчиной!

ЖИВКА: Ой-ой, и с кем?

КАЛИНКОВИЧ: Со мной!

ЖИВКА: Но ведь с вами?!

КАЛИНКОВИЧ: Со мной! Но до свадьбы!

ЖИВКА: Ну, что ж, я подумаю. Что ещё?

ХОР: Прикажи, тётя Живка, чтоб во все времена,

Мы прекрасно все жили, а не ты одна!

Чтобы пили и ели, чтобы ели и пили.

И за здравницу пели, спали в мягкой постели!

Прикажи, тётя Живка! Прикажи…

ЖИВКА: Я подумаю… Я сделаю… До свидания…

/ХОР расступается, давая дорогу НИНКОВИЧУ/.

НИНКОВИЧ: Прикажите войти, госпожа министерша – это я!

ЖИВКА: Я бы вас узнала без доклада!

НИНКОВИЧ: Весьма польщён!

ЖИВКА: Я вас побеспокоила…

НИНКОВИЧ: Для меня это большая честь, можете вполне на меня рассчитывать.

ЖИВКА: Говорят, вы знаете все правила, ну, этого…

НИНКОВИЧ: Хорошего тона!

ЖИВКА: Вот именно. Вы понимаете, я должна у себя принимать…

НИНКОВИЧ \пересыпая разговор искажёнными французскими словами/: О, конечно, и вы хорошо сделали, что обратились именно ко мне. У меня, знаете, особо изысканный вкус…

ЖИВКА: Вот-вот. Мне как раз нужно сделать вечернее платье.

НИНКОВИЧ: Грис-пале. Светло-серое с отливом в голубизну. Креп-де-шин, немного чего-нибудь розового.

ЖИВКА: Вы не согласитесь поехать со мной к портнихе.

НИНКОВИЧ: Для вас у меня нет слова «нет»!

ЖИВКА: А что нужно ещё для хорошего тона?

НИНКОВИЧ /делает неопределённый жест/.

ЖИВКА: Я сегодня вставила золотой зуб.

НИНКОВИЧ: Прекрасно сделали, в этом есть шик, это придаёт улыбке шарм.

ЖИВКА: Говорите мне всё! Я всё исполню!

НИНКОВИЧ: Знаете ли вы какую-нибудь игру в карты?

ЖИВКА: В подкидного дурачка.

НИНКОВИЧ: Фи, сударыня! В бридж! Вы должны играть только в бридж!

ЖИВКА: Во что?

НИНКОВИЧ: В бридж! Без бриджа невозможно представить себе даму высшего общества. Дипломатический корпус без бриджа – это не дипломатический корпус.

ЖИВКА: Да… Конечно…

НИНКОВИЧ: Госпожа, разумеется, курит?

ЖИВКА: Упаси боже, я и дыма не выношу.

НИНКОВИЧ: Придётся, сударыня. Светская дама без пахитоски – это не светская дама!

ЖИВКА: Ах, какие сложности… я попробую…

НИНКОВИЧ: И, позвольте, сударыня, задать вам ещё один деликатный вопрос…

ЖИВКА: Это тоже для хорошего тона?

НИНКОВИЧ: Естественно, сударыня!

ЖИВКА: Задавайте!

НИНКОВИЧ: У госпожи есть любовник?!

ЖИВКА: Вы с ума сошли: я мать двоих детей, я порядочная женщина, я, наконец, тёща!

НИНКОВИЧ: Светская женщина без любовника – не светская женщина!

ЖИВКА: Но… Я даже не знаю, как то делается?..

НИНКОВИЧ: Я вас научу, если позволите…

ЖИВКА: Но ведь я порядочная женщина!

НИНКОВИЧ: Сударыня, когда любовника заводит непорядочная женщина – это не интересно!

ЖИВКА: Хорошо, а госпожа Драга тоже играла в бридж?

НИНКОВИЧ: Конечно!

ЖИВКА: И курила?

НИНКОВИЧ: А как же?

ЖИВКА: И… это… ?..

НИНКОВИЧ: Да, сударыня, да!

ЖИВКА: И кто?

НИНКОВИЧ: Я!

ЖИВКА: Вы? А что, госпожа Ната тоже училась хорошему тону?

НИНКОВИЧ: Ещё как!

ЖИВКА: А кто у неё был?

НИНКОВИЧ: Я!

ЖИВКА: И как же вы так?..

НИНКОВИЧ: Очень просто. Как только кабинет министров подает в отставку… подаю в отставку и я.

ЖИВКА: И что же без этого… любовника… никак нельзя быть светской дамой?..

НИНКОВИЧ: Ни в коем случае, мадам!

ЖИВКА: А мама меня учила…

НИНКОВИЧ: Ваша мама была госпожой министершей?

ЖИВКА: Никогда! Госпожа министерша – я!

НИНКОВИЧ: Вот она и учила вас целомудрию, а целомудрие – результат неправильного воспитания.

ЖИВКА: Скажите, а кто же займёт эту должность при мне?

НИНКОВИЧ: Если позволите, мадам – я!

ЖИВКА: Вы? Но Ната? Драга? Я?

НИНКОВИЧ: Не беспокойтесь, сударыня, я – честолюбив!

ЖИВКА: Господин Нинкович, а нельзя ли иметь любовника и оставаться порядочной… Женщиной?

НИНКОВИЧ: Конечно можно, мадам. Вы можете не вступать со мной в интимные отношения, но обязаны скомпрометировать себя в свете.

ЖИВКА: Как это?

НИНКОВИЧ: Добиться мне повышения на один класс, и, поскольку предыдущий министр уже повысил меня, все заговорят, что я ваш протеже, мадам. Ах, мадам, уверяю вас, что из всего вышеперечисленного самое трудное – бридж!

ЖИВКА: Но я бы всё-таки хотела остаться порядочной женщиной.

НИНКОВИЧ: Оставайтесь! Кто вам мешает?

ЖИВКА: То есть как оставайтесь? А бридж? Разве если я начну играть в бридж, я останусь порядочной?

НИНКОВИЧ: А почему бы и нет? Се кампл кам ту…Что касается бриджа, в нём вы можете поупражняться, в куренье тоже, ну, а что касается любовника, тут вам практика не нужна!

ЖИВКА: Что вы такое говорите – практика не нужна! Как это не нужна?!

НИНКОВИЧ: Тогда перейдём к делу.

ЖИВКА: К какому делу?

НИНКОВИЧ: Начнём учиться бриджу с завтрашнего дня. Курить можете попробовать уже сейчас. Ну, а?..

ЖИВКА: И тут я могу попробовать сразу! Утверждаю вас в должности любовника…

НИНКОВИЧ: О, я горд, мадам, уверяю вас, останетесь довольны!

ЖИВКА: Только, если можно?..

НИНКОВИЧ: Ну, что вы, я подожду. Я буду посылать вам пока письма.

ЖИВКА: Какие письма?

НИНКОВИЧ: В голубых конвертиках, на розовой бумаге…

ЖИВКА: Ах, я польщена… а сейчас к портнихе!

НИНКОВИЧ: Карету, госпоже министерше!

/Шпалерами стоит ХОР и БАЛЕТ, и вместе с ЖИВКОЙ и НИНКОВИЧЕМ, которые раскланиваются в разные стороны, ХОР и БАЛЕТ начинают двигаться. Должно создаваться впечатление, что их несут на руках/.

ЖИВКА: Кто - это едет? А это еду – я! Я!

ХОР: Вершительница судеб! Ура!

Все люди её слуги! Ура!

Могу карать и миловать! Ура!

На класс повысить милого! Ура!

/НИНКОВИЧ целует ЖИВКЕ руку/.

Ура! Ура! Ура!

ЖИВКА, НИНКОВИЧ, ХОР:

Кто это едет?

А это еду – я!

И все мне кланяются низко:

От короля и до модистки…

Кто это едет?

А это еду – я!

/На фоне звучащего ХОРА/.

1 ДАМА: Что вы, он держится молодцом…

КАВАЛЕР: А что ему остаётся делать.

1 ДАМА: Не знаю: вызвать на дуэль, устроить пожар…

КАВАЛЕР: Как можно устроить пожар там, где нечему гореть?!

1 ДАМА: Но кто бы мог подумать?

2 ДАМА: В тихом болоте…

3 ДАМА: Он очень боролся…

КАВАЛЕР: С кем?

3 ДАМА: С собственной совестью…

2 ДАМА: Будем надеяться, что он победил её?

КАВАЛЕР: А как же иначе! Пока не победишь совесть – карьеру не сделаешь.

 

/Обстановка первого действия. Очень много фотографий ЖИВКИ/.

ЖИВКА: Господин Пера!

ПЕРА: В нашем распоряжении, госпожа министерша!

ЖИВКА: Вы не откажетесь выполнить две мои просьбы?

ПЕРА: Любое ваше распоряжение будет выполнено!

ЖИВКА: Садитесь за стол, пишите: «Чеду, мужа моей дочери госпожи министерши, отстранить от обязанностей мужа, как не сумевшего создать материальную базу, достойную дочери госпожи министерши. Назначить на эту должность господина Риста, почётного посланника Никарагуа». Написали?

ПЕРА: Да, госпожа!

ЖИВКА: Скажите, Пера, за вашу долгую службу кто-нибудь ещё с таким усердием относился к своим обязанностям?!

ПЕРА: Даже король, госпожа министерша!

ЖИВКА: События, события – кружится голова

Как трудно с государством управляться!

Ведь знаю очень твёрдо я, - что я всегда права!

ХОР: Не знает лишь об этом государство!

ЖИВКА: Немедленно, господин Пера, найдите Чеду и передайте ему приказ, а вот это передадите господину Нинковичу.

ПЕРА: Будет исполнено, госпожа.

/На заднем плане площадки высвечивается лестница. Она чем-то напоминает пишущую машинку. БАЛЕТ танцует, словно выстукивает буквы/.

ЧЕДА: Жонглируем словами мы с утра до вечера.

Бумага стерпит всё!

И не обидится!

А публика доверчива,

Ах, как доверчива!

И факты ей

За каждым словом

Слышатся!

Летят слова по свету, попробуй, удержи!

Один живёт надеждой,

Другой поверит лжи!

Слова! Слова! Слова!

Политик без газеты – ноль,

Словно без рук и ног.

С газетною строкою он

И цезарь, и пророк!

Газетною страницею

Он свой прикроет стыд

До власти бы добраться бы,

А там и пьян, и сыт!

Газета для политика и щит, и острый меч,

В газетном арсенал есть и розы, и картечь!

/Входит ПЕРА/.

ПЕРА: Господин Чеда, велено передать.

ЧЕДА /читает/: Что это за бред?

ПЕРА: Это, господин Чеда, отставка.

ЧЕДА: Понимаете, чья?

ПЕРА: Э, господин Чеда, я всё понимаю.

ЧЕДА: А что этот… приглашён в дом уже в качестве мужа моей жены?

ПЕРА: Да, господин Чеда!

ЧЕДА: Что во втором письме?

ПЕРА: Я так думаю, что во втором письме господин Нинкович назначается заместителем господина министра по личным вопросам.

/ЧЕДА просматривает письмо/.

ЧЕДА: Ну, что ж, несите по назначению.

ПЕРА: Слушаю, господин Чеда. И… И…

ЧЕДА: Ах, да! /Протягивает деньги/.

ПЕРА: Благодарю. Помните, что я ваш покорный слуга.

Меняются правительства, одно другим сменяется,

Но остаются бочки и вино.

И винных бочек витязи отнюдь судьбой не маются,

Пока вино с судьбою за одно!

/Из ХОРА появляется господин РИСТА/.

РИСТА: Мне нужно дать в газете объявление о женитьбе!

ЧЕДА: О чьей женитьбе?

РИСТА: О моей женитьбе.

ЧЕДА: Пожалуйста, газета к вашим услугам, господин…

РИСТА: Господин Риста, торговец…

ЧЕДА: А… Так это вы и есть?

РИСТА: В каком смысле?..

ЧЕДА: Дав объявление вы направитесь куда?

РИСТА: Туда, где меня наверняка ждут, ибо ждут мои деньги.

ЧЕДА: То есть в дом, где я живу со своей женой.

РИСТА: Я иду в дом госпожи министерши… постойте. Постойте, так вы и есть тот зять, у которого нет денег, но который очень любит свою жену? Милый… Это не модно…

ЧЕДА: Не модно, что?

РИСТА: Во-первых, любить жену, во-вторых, иметь жену, не имея денег.

ЧЕДА: А что модно?

РИСТА: Быть, как все! И тогда всё будет! Всё, как у всех! Зачем вам жена? Вот если бы вы сказали: мне нужен дом. Ведь у вас нет дома?

ЧЕДА: Увы, нет…

РИСТА: Вот видите. Или бы вы сказали: мне нужно сделать карьеру. Ведь вы не делаете карьеру?

ЧЕДА: Я стараюсь быть честным журналистом.

РИСТА: Тогда уже совсем непонятно, зачем вам жена. Из честных статей не только дом, но и платья не построишь.

ЧЕДА: Скажите, а зачем вам нужна чужая жена?

РИСТА: Для заказов. Я получу государственные заказы. Ну и для престижа…

ЧЕДА: И всё… Хотя понятно, в ваши годы…

РИСТА: Дорогой мой, в ваши годы она мне совсем не нужна была!

ЧЕДА: Неужели моя Дара, и такое, извините, убожество?

РИСТА: Ваша Дара была вашей Дарой, пока она была вашей, а как только она станет моей – она станет моей Дарой. Надо знать жизнь, журналист. Женщина – это экипаж, кто платит, тот и едет.

ЧЕДА: Ну вы же – никто!

РИСТА: Лучше быть никем с деньгами, чем кем-то без них.

ЧЕДА: Знаете, мне даже бить вас не хочется.

Уходит

РИСТА: (вслед кричит) Знаю, и знаю, почему: мы – непобедимы! Мы – всегда!

Ни любви нет, ни родства.

Только деньги радуют.

Если падает роса,

Мне в карман падает.

Покупается всё и продаётся.

Я за то, чтоб слово «совесть» запретили.

Если совесть вам увидеть придётся,

Значит, просто, мало заплатили.

Я от добрых дел устал.

Говорю вам правду я.

Если падает звезда,

Мне в карман падает.

Ну-с, мы кажется дошли.

Вот оно, парадное.

Если падают дожди,

Мне в карман падают!

ХОР: А что, господин Риста, скучно вам не бывает?

РИСТА: Скучно, господа, бывает тем, у кого нет денег.

 

/Квартира ЖИВКИ/.

НИНКОВИЧ /входя/: К вашим услугам, сударыня, к вашим услугам.

ЖИВКА: Ах, господин Нинкович, ну, нельзя же оставлять меня так надолго. Столько дел, столько дел…

НИНКОВИЧ: О, готов искупить свою вину, весь к вашим услугам…

ЖИВКА: Понимаете, я должна посоветоваться с вами по двум деликатным вопросам.

НИНКОВИЧ: Сударыня, вы такая талантливая и не скрою, прелестная ученица. Так быстро усвоить светский тон.

ЖИВКА: Благодарю вас, но я чувствую, что рождена для него.

НИНКОВИЧ: Кто же, если не вы, госпожа Живанна!

ЖИВКА: Скажите, если я решила?

НИНКОВИЧ: Вы решили правильно!

ЖИВКА: Как вы любезны! Если я решила заменить мужа своей дочери другим мужем?

НИНКОВИЧ: Это такой светский поступок. Даже г-жа Ната не могла придумать такое!

ЖИВКА: Но ведь она из простолюдинок…

НИНКОВИЧ: Конечно, мадам, конечно… Позвольте узнать имя счастливца.

ЖИВКА: Это господин… Риста!

НИНКОВИЧ: Как же знаю. Вы совершаете удивительный поступок, дорогая.

ЖИВКА: Он уже приглашён, чтобы приступить к своим обязанностям.

НИНКОВИЧ: Как это тонко и позвольте заметить смело!

ЖИВКА: Я знала, что вы оцените. И второй… вопрос. Дело в том, что мой сын разбил нос сыну английского посланника. Скажите, не возникнет международного конфликта?

НИНКОВИЧ: Это уже серьёзно, тут надо проявить дипломатическую мудрость.

ЖИВКА: Я вам буду обязана, господин Нинкович. Я очень переживаю за страну. Англичане такие вспыльчивые!

НИНКОВИЧ: Если я смогу дать совет, получу ли я желаемую награду?

ЖИВКА: Какой ты… нетерпеливый…

НИНКОВИЧ: Но мадам, я бы хотел…

ЖИВКА: Ах, гадкий…

НИНКОВИЧ: Стать первым заместителем.

ЖИВКА: Но вас ведь сегодня уже повысили…

НИНКОВИЧ: Хорошо-хорошо… Я потерплю… Итак, придумал. Надо дать обед в честь английского посланника.

ЖИВКА: Как прелестно и просто, что значит опыт светской жизни. А что англичане едят?

НИНКОВИЧ: Англичане едят только молочных поросят с хреном!

ЖИВКА: Поросят? Но где их взять в это время?

НИНКОВИЧ: За вашу наивность, моя прелесть, я вас люблю ещё больше.

/Подходит к телефону, набирает номер/. Алло, господин полицмейстер! С вами говорят из дома госпожи министерши. Понимаете, какая неприятность, у госпожи Живки, как перед приёмом в честь английского посланника, пропал молочный поросёнок. Я думаю, вы не захотите, чтобы по недосмотру ваших подчинённых разразился международный скандал… немного терпения, мадам…

/Сразу включается БАЛЕТ. Танцовщики в полицейской форме, один за другим, каждый в своей манере раскланиваются с ЖИВКОЙ, проносят под мышкой поросят/.

ХОР: Сколько есть кустов в околотке,

И под каждым сидит в полудрёме.

Поросёночек – хвостик короткий,

Сразу видно, из хорошего дома!

Полицейский 1

 

В нашем был околотке поросёнок, -

Околоток называется первым! –

Полицейский2

 

В нашем был околотке… пострелёнок,

Околоток называется вторым!

Живка и Нинкович

Если ты под хмельком,

Лучше нету закуски –

Поросёнка под хренком,

Золотое брюшко!

Полицейский3

Нами найден розовый пятачок, -

Околоток называется третьим!

Полицейский4

Не уйдёшь от полиции, дурачок,

Околоток называется четвёртым!

Нинкович

Господин английский посланник

Будет очень доволен, поверьте,

Когда будет на стол поставлен

И молочный, и уже безответный.

Живка и Нинкович

 

Если ты под хмельком, лучше нет закуски, -

Поросёнка под хренком!

/Полицейские с поросятами проходят. Пауза, и запыхавшись вбегает ещё один полицейский с индейкой под мышкой/.

ПОЛИЦЕЙСКИЙ: Вот, госпожа министерша, у нас, знаете, самый дальний околоток, так он, негодник, туда забрался. Нашли мы его, он, оказывается, в камере одиночке был. Мы его целый месяц грецкими орехами откармливали.

НИНКОВИЧ: Идиот! Это госпожа Драга индюшатину любила! Неси на кухню!

ХОР: Если ты под хмельком, лучше нет закуски, -

Поросёнка под хренком!

/Появляется ПЕРА/.

ПЕРА: Госпожа министерша, все ваши приказания выполнены! Господин министр просили передать, что пришли домой обедать.

ЖИВКА: А где он?

ПЕРА: Раздевается…

ЖИВКА: Что значит неотёсанный мужлан! Явиться домой, не предупредив. У меня готовится приём!

НИНКОВИЧ: Мадам проявляет смелость недоступную и королеве!

ЖИВКА: Благодарю! Пусть ему вынесут кулебяки! Он любит кулебяку!..

/ПЕРА отправляется на кухню и выходит с куском кулебяки и индюшкой в руках/.

ПЕРА: Так я передам кулебяку господину министру. Индюшка как и господин министр оказались лишними.

НИНКОВИЧ: А что, моя прелесть, теперь, когда нас все оставили, не выкурить ли пахитоску перед обедом?

ЖИВКА: С удовольствием… За бриджем… И потом…

НИНКОВИЧ: И потом…

ЖИВКА: И потом мне нужно поговорить с господином Ристой…

НИНКОВИЧ: И… Потом…

ЖИВКА: Ах, дорогой, я всего лишь робкая ученица…

НИНКОВИЧ: Но… светскость, мадам, правда, я готов начать издалека…

ЖИВКА: Что вы! Такие вблизи лучше получаются!

НИНКОВИЧ: Так… я пойду в спальню… Приготовлю всё для бриджа…

ЖИВКА: Конечно…

/Высвечивается балкон/.

Сцена у балкона

 

ЧЕДА: Дара, ты мне богом дарована, Дара!

Дом, где выросла ты, также свят для меня,

Как твой сон на рассвете раннем…

Дара, ты мне богом дарована, Дара…

ДАРА: Чеда, говори потише, мама услышит…

ЧЕДА: Твои волосы, словно дожди, ниспадают на землю, милая.

На земле, где ступаешь ты, вырастают цветы надежды.

Дара, ты мне богом дарована, Дара!

ДАРА: Ну, почему меня все мучают! Чем я хуже других, господи!

ЧЕДА: Разве кто-нибудь сможет любить,

Так как я люблю тебя, Дара!

Каждый взгляд, как подарок ловить,

И Улыбку считать счастья даром!

Дара, ты мне богом дарована, Дара

ДАРА: Почему у нас всё так глупо получается, не как у всех, Чеда?

ЧЕДА: Это я открыл слово «ЛЮБЛЮ». Мы с тобой это слово открыли!

Для меня только ты на земле, для меня только ты в этом мире!

Дара, ты мне богом дарована, Дара!

ДАРА: Чеда, что мне делать, что?

ЧЕДА: Уйдём отсюда. Уедем. Всё будет хорошо…

Пойми, нет с сердцем слада,

Я никому не уступлю!

И если есть на свете правда,

То в том она, что я люблю!

Дара, ты мне богом дарована, Дара!

ДАРА: Но у нас с тобой нет дома.

ЧЕДА: Твой дом там, где я!

ДАРА: Чеда, фантазёр, мой милый, а где он у тебя?

ЧЕДА: Он будет, если мы уйдём из этого. Наш с тобой дом!

ДАРА: Ну, так сделай, чтобы он был! Сделай! Будь, как все! Ты же умный!

/Голос ЖИВКИ: Дара, куда ты запропастилась, Дара!/.

ДАРА: Ну вот… Чеда, сделай, как все… Чеда…

ЧЕДА: Я буду мерзок сам себе, но выход лишь один

Когда истерзана душа и гнев неумолим,

Настал момент,

Победный старт я взял,

Любовь моя!

Двойным ударом на удар

Отвечу я!

/На балконе гаснет свет. Комната ЖИВКИ. Входит РИСТА/.

РИСТА: Моему счастью нет предела, госпожа министерша.

ЖИВКА: Я польщена, господин…

РИСТА: Называйте меня просто, зятёк…

ЖИВКА: Я думаю, мы быстро найдём общий язык?

РИСТА: И какой!

ЖИВКА: Но вы, наверное, сгораете от нетерпения?

РИСТА: Я деловой человек, конечно, нет!

ЖИВКА: Но увидеть невесту в первый раз – это так трогательно…

РИСТА: Дорогая тёща, чем меньше предстоит знать невесту, тем меньше предстоит знать жену, а это продлевает жизнь!

ЖИВКА: Что значит быть богатым человеком.

РИСТА: Что это значит?

ЖИВКА: У богатого человека и шутки дорого стоят!

РИСТА: Ну, уж своего мы не упустим!

ЖИВКА: Не упустим!

РИСТА: Всё возьмём!

ЖИВКА: Не оставим на потом.

А потом? Что, потом? Хоть потоп – потом!

Всё, что будет потом,

Ни к чему нам и потом

А потом? Что, потом? Хоть потоп – потом!

Мы один раз живём, знаем точно, что почём!

А потом? Что, потом? Хоть потоп – потом!

В этом мире живём! Никакого нам - потом!

А потом? Что, потом? Хоть потоп – потом!

/В глубине площадки снова редакции газеты/.

ХОР: Кто блеет по-овечьи, того съедают волки,

А жить по-человечьи и тем и этим хочется.

И надо быть порезче, тогда добьёшься толка,

Кто думает о вечном, от голода тот корчится.

Не надо напрямик, нет счастья без возни.

И раз пришёл твой миг: возьми его, возьми!

Пирог один на всех, но есть куски жирнее.

Есть постное не модно! Сухой кусок, он крошится!

Работайте когтями, работайте локтями,

И ваша жизнь устроится!

/Возникает мужской БАЛЕТ: слева в белых, справа в чёрных цилиндрах. Меж ними ЧЕДА/.

ЧЕДА, ХОР: Сенсация! СЕНСАЦИЯ! Одна другой не легче!..

Кому-то прямо в бровь! Кому-то прямо в глаз!

Кому-то прямо в печень!..

Сенсация! СЕНСАЦИЯ! Одна другой не слаще!

ЧЕДА: Господин Пера!

ПЕРА: Вот он я.

ЧЕДА: Вы не хотите быть моим партнёром в одной игре, кстати, как она называется?

ПЕРА: Бридж, господин Чеда.

ЧЕДА: Это иностранная игра.

ПЕРА: Иностранная.

ЧЕДА: А зачем нам в нашей стране иностранная игра?

ПЕРА: Незачем! У нас своих игр по горло!

ЧЕДА: Но на этот раз поиграем в их игру!

ПЕРА: А вы умеете?

ЧЕДА: Научиться играть дело нехитрое. Надо научиться – выигрывать.

ПЕРА: У-у! Вот вы какой!

ЧЕДА: Нужно быть другим?

ПЕРА: Ни в коем случае. Вам надо выигрывать!

ЧЕДА: А вы видели людей, которые садились за карты с намерением проиграть?

ПЕРА: И не одного, но в этом и был их выигрыш.

ЧЕДА: Меня такой выигрыш не устраивает.

ПЕРА: Конечно, нет

ЧЕДА: Тогда начнём!

ПЕРА: Слушаю!

ЧЕДА: Кстати, сколько вам лет?

ПЕРА: Сорок семь.

ЧЕДА: Значит, скоро пятьдесят.

ПЕРА: Увы, скорее, чем двадцать пять.

ЧЕДА: А вы умны, господин Пера.

ПЕРА: Знаете, почему вы первый заметили это?

ЧЕДА: Почему?

ПЕРА: Потому что я вам очень нужен.

ЧЕДА: Неплохо. А знаете, почему вы меня не предадите?

ПЕРА: Почему?

ЧЕДА: Потому что очень скоро я вам стану ещё нужнее.

ПЕРА: Я скромный человек.

ЧЕДА: В тени удобнее.

ПЕРА: И не скрою – доходнее.

ЧЕДА: Я это учту, всё-таки в сорок семь менять привычки, а деньги…

ПЕРА: УХ, уж эти деньги, без них, как без вина похмелье!

ЧЕДА: Дело за малым, помогите мне опохмелить моих партнёров.

ПЕРА: По бриджу?

ЧЕДА: Вот именно.

ПЕРА: Приказывайте!

ЧЕДА: Нужно, чтобы родственники госпожи министерши вынесли ей благодарность.

ПЕРА: Через вашу газету.

ЧЕДА: Вот именно.

ПЕРА, ЧЕДА:

Я запою, а ты пой следом.

Мы с тобой доберёмся до сути.

Смеётся тот, кто смеётся последним,

И пусть нас удача рассудит.

Я неразумно жил и слепо,

Я верил сердцу, а не рассудку.

Смеётся тот, кто смеётся последним,

И пусть нас удача рассудит.

ПЕРА: Эх, господин Чеда, прямо руки чешутся!

ЧЕДА: Раз чешутся – значит погреете!

ПЕРА: Слушаю дальше.

ЧЕДА: Письма!

ПЕРА: Подлинники!

ЧЕДА: И…

ПЕРА: И, господин Чеда?

ЧЕДА: Дадим на первую полосу!

ПЕРА: Господин редактор?

ЧЕДА: Ему нужны сенсации!

ПЕРА: Но?

ЧЕДА: Смена кабинета!

ПЕРА: Но?

ЧЕДА: Смена кабинета!

ПЕРА: Да!

ЧЕДА: Господин редактор – хозяин газеты, он берёт с левой партии за то, что помогает съесть правую и наоборот.

ПЕРА: Удобно.

ЧЕДА: У него большая семья.

ПЕРА: Понятно.

ЧЕДА: Это не всё…

ПЕРА: Слушаю, уважаемый господин Чеда.

ЧЕДА: Королю… Мнение народа…

ПЕРА: Прекрасный ход. И вы…

ЧЕДА: А со мной и вы…

ПЕРА: Я всегда говорил – нужна точка опоры. Это – вы!

ЧЕДА: А вы опора нашей государственности.

ХОР: Сенсация! Сенсация! Одна другой не легче!

Кому-то прямо в бровь! Кому-то прямо в глаз!

Кому-то прямо в печень!..

Сенсация! СЕНСАЦИЯ! Одна другой не слаще!

Вы слышали? Вы слышали?

 

О чём? Какой позор!

 

В правительстве скандал!

 

В казну забрался вор!

 

Вы видели! Вы видели!

 

Кого? Её в карете!

 

С кем? С кем?

 

Ужас! Ужас!

 

Да! Да! Да!

 

1 ДАМА: Говорят, что и счета подписывал не он.

КАВАЛЕР: Это так естественно.

1 ДАМА: Почему вы вечно умничаете?

КАВАЛЕР: Нисколько.

1 ДАМА: Тогда ответьте, почему?

2 ДАМА: Я тоже ничего не понимаю.

КАВАЛЕР: Кто такой был господин министр?

1 ДАМА: Просто человек.

2 ДАМА: Правильно. А госпожа Живка – жена министра!

/Комната ЖИВКИ. Один за другим появляются РОДСТВЕННИКИ/.

ЖИВКА: В чём дело? Почему без доклада?

РИСТА: Вы должны знать, что в нашем доме это не принято!

КАЛИНКОВИЧ: Извините, я родственник по женской линии.

ЖИВКА: Что у вас произошло?

РОДСТВЕННИКИ: Чеда! Газеты! Письма! И это: фоторепортёры, а также счета. Нинкович, Риста – по всем приметам, вот – фельетоны! Весь народ читал!

ЖИВКА: Да объясните толком! Где Савка?

КАЛИНКОВИЧ: Она скупает все газеты!

РИСТА: Ну вы объясните!

КАЛИНКОВИЧ: Ваш зять, тётя Живка-министерша…

ЖИВКА: Какой ещё зять? Вот мой зять!

КАЛИНКОВИЧ: Первый зять – Чеда!

ЖИВКА: Чеда уволен с должности зятя!

КАЛИНКОВИЧ: Вот я и говорю. Он позвал нас всех в редакцию.

/Вбегает САВКВ с газетами в руках/.

САВКА: Вот… И они написали тебе благодарность. И Чеда напечатал в газете!

ЖИВКА: Ну, что ж, это благородный поступок. /Ристе/ Я так устала от славы.

САВКА: «Пишу вам письмо, дорогая Живанна, и таю уже от того, что нежной нежной ручкой вы прикоснётесь к грубой атласной бумаге. Моё повышение по службе показало всю силу вашей нежности и светскости».

ЖИВКА: Ах, как он мил – этот негодник Нинкович.

РИСТА: Но это напечатано в газете, мадам!

ЖИВКА: Таков закон света, зятёк, привыкайте!

РИСТА: А вот тут про меня!

ЖИВКА: Уже? Интересно?

РИСТА: «Тупоголовый бык, - это, стало быть, я, - у которого вместо мозгов звенят монеты, - это, стало быть, у меня, - решил, что в нашем христианском государстве можно поступать с чужими жёнами, как не поступают даже в Никарагуа и потом…»

ЖИВКА: Это тоже из газеты?

РИСТА: И не только это, мадам. Напечатаны ещё все ваши приказы, счета и благодарности ваших родственников.

ЖИВКА: Ну и что?

РИСТА: Ничего. Читаю: «Спасибо тебе, тётя Живка за то, что выхлопотала мне пенсию за мою долгую работу на каторге». О, господи!

ЖИВКА: Что, о, господи, зятёк!?

РИСТА: «Спасибо тебе, тётя Живка, министерша, за то, что ты приказала меня считать девушкой. Спасибо тебе от меня и моего ребёнка».

ЖЕНЩИНА: Это я написала!

РИСТА: Понятно!

ЖИВКА: Что тебе понятно, зятёк?..

РИСТА: Мне понятно, что пора сматывать удочки.

ЖИВКА: На что вы намекаете, господин Риста?

РИСТА: На то, что ваш зять Чеда гораздо раньше понял, как надо жить, чем я думал.

ЖИВКА: Чеда?! Что это такое, Чеда?! Я сегодня же запрещу ему писать вообще!

/Входит ПЕРА/.

ПЕРА: Господин министр прислал за цилиндром.

ЖИВКА: Вот! Это значит, во дворец!

ПЕРА: Господин министр подал в отставку из-за вас.

ЖИВКА: Из-за меня?! Я ли не делала для этого пентюха всё! Где ещё найдёшь такой дом, как у меня?! В моём доме всё лучшее, всегда! Из-за меня? И все сразу разбегаетесь?! Смеётесь в кулачок, думаете, всё, конец Живке. Ан нет наступит! Мой час! О! Я ещё покажу себя! Где этот Чеда?!

/Включается мужской БАЛЕТ на редакционной лестнице. Белые и чёрные цилиндры. Впереди женского БАЛЕТА ЧЕДА, он в чёрно-белом цилиндре/.

ПЕРА: Господин Чеда, вы назначены министром. Ваша новая право-левая партия победила.

ЧЕДА: Наша партия, господин Пера! Мы с вами такое ещё натворим!

ДАРА: Чеда, милый, уедем! С меня хватит! Я больше не могу! Ты представляешь, мама заперла меня в спальне, а ключ отдала этому…

РИСТА: Я здесь ни при чём! Считайте, что сделка не состоялась!

ДАРА: Чеда, родной, ни денег, ни славы, - хочу,

Чтоб со мною ты был

Сильным и слабым, глупым и умным – хочу,

Чтобы просто любил!..

И пусть будет жизнь: простая, простая,

Только бы вместе с тобой!

Я ни за что с тобой не расстанусь.

ЧЕДА: Поздно, дорогая жёнушка, нет больше твоего Чеды.

ЖИВКА /бросается на шею ЧЕДЫ/: Правильно, сынок! Так их! Я всегда говорила, Мыслитель! Эй, кто там? Карету, матери жены господина премьер-министра! Дара, за мной!

/Убегают, ЧЕДА бежит за ними следом, из спальни появляется НИНКОВИЧ/.

НИНКОВИЧ: А что, собственно, происходит? Шум какой-то?

ПЕРА: Смена кабинета, господин Нинкович!

НИНКОВИЧ: Как? Уже? И куда мне теперь?

ПЕРА: Господин Чеда – первый министр!

НИНКОВИЧ /зевая/: Какая прелесть… Так мне и не надо никуда уходить…

/Поклоны/.

ХОР: Завтра новый начнётся день,

Что принесёт он?

Знает только лишь судьба,

Знает обо всём:

Как судьба повернётся к нам

Лицом или боком?

Новый день покажет нам,

Если доживём!

Не судьба, весна пришла, радуемся все мы.

Не судьба, а вы смогли все решить проблемы.

Не судьба, а вы смогли выжить в одиночку.

Не судьба, над буквой «и» расставляя точки!

 

 

З А Н А В Е С.

Партнеры